Священник из Астрахани: «Когда в 40 лет жена родила первенца, мы решили — семья будет большая»

Астрахань, 29 января 2012г.

Всегда радовалась, когда по телевизору показывали фильм «Дети Дон Кихота» с Папановым в главной роли. Поступок доктора, который забирал брошенных мамочками малышей к себе в семью, восхищал и вызывал уважение. В жизни такого не бывает, думала я, до встречи с Александром Успенским, настоятелем храма святого Владимира в Астрахани. Батюшка «подобрал» четверых ребятишек. Вместе с его родной дочкой получилась большая многонациональная семья: русская, казашка, украинец, арапчонок, турчанка.

Первую дочку вымолили

Александр Успенский даже подумать не мог, что станет священником. Хорошая работа в «Газпроме», женитьба на коллеге — красивой статной казашке Дамиткен. Крестился скорее по привычке, да и в храме бывал только по большим праздникам. Но судьба подкинула ему испытание, которое перевернуло всю жизнь.

У пары не было детей. Сначала не обращали внимания — всему свое время. Но через 5 лет забили тревогу. Врачи лишь разводили руками. Оба здоровы, ничто не мешает обзавестись не то что одним — десятью ребятишками.

— Когда доктора не помогли, мы стали ездить по святым местам. Кому я только ни молилась, просила о ребеночке. Много раз бывали в Нижегородской области в Дивеево, — рассказывает Дамиткен.

Александр к этому времени стал чаще ходить в церковь. Теперь уже по душевной потребности. И случилось чудо — Дамиткен в 40 лет забеременела.

— Тогда все сразу наложилось: ожидание ребенка, предложение астраханского митрополита стать священником, — вспоминает отец Александр.

И Успенский согласился, ведь как не поверить в чудесную силу, если доказательство налицо — пинается ножками в животе любимой жены.

 Девочка из склепа

Роды были сложными. Появившуюся на свет девочку назвали Аней. Александр стал протоиереем храма святого Владимира, а матушка Дия (имя женщины в крещении. — Прим. авт.) работала и занималась воспитанием единственной дочери. Своих детей больше не будет — вынесли врачи приговор. А ведь Успенские мечтали о большой и дружной семье. Когда дочка чуть подросла, стали думать о том, чтобы взять малыша из детского дома. Но останавливал страх: а сможет ли чужой малыш стать родным? Все решил случай.

— Ко мне в храм пришли люди и рассказали, что на кладбище в склепе живет девочка. Питается тем, что подадут. Родители-алкоголики погибли. Мы ее привезли в детдом и уже оттуда забрали под опеку, — рассказывает отец Александр историю первой приемной дочки.

10-летняя девочка, которая оказалась турчанкой по отцу, была совсем дикой. В первый же день Нина объелась конфет так, что пришлось вызывать «скорую». Сладостей ребенок никогда не видел. Сложно было отучить новую дочку и от воровства. Девочка брала даже то, что ей было не нужно — скорее по привычке. Прошел не один месяц, пока Нина по-настоящему поверила, что попала к любящим родным людям.

Интернациональная семья

Вскоре за Ниной в доме появился Вова. Отец Александр уже много лет подряд бывает в городском роддоме — отговаривает женщин, решившихся на аборт.

— В 2010 году туда пришла 17-летняя девочка. Я уговаривал ее не убивать ребенка. Пусть сохранит жизнь малышу, а мы о нем позаботимся — возьмем в свою семью. И она согласилась. Даже оформили документы. Но когда она родила и ей принесли покормить малыша, не смогла с ним расстаться, — рассказывает отец Александр.

Слух о том, что священник возьмет на воспитание новорожденного малыша, разлетелся быстро. Уже через несколько дней Александру и Дие рассказали о женщине, которая не хочет убивать ребенка, но и воспитывать его не может.

— Так в нашей семье появился Вова. Когда брали этого новорожденного кроху, и подумать не могли, какой крови в нем намешано, — смеется отец Александр.

Словно в ответ на его слова из комнаты выбегает глазастое, кудрявое чудо — вылитый маленький Пушкин. Да, Вова оказался арапчонком.

Четырехлетнюю Юлю привела к священнику пожилая женщина. Она нанялась к девочке нянечкой. Но мать вскоре исчезла, оказалось, что женщина попала под следствие. В детдом кроху няня не отдала — привязалась к ней всем сердцем. А когда через два года сил ухаживать не стало — пошла к отцу Александру.

— Юлечка пока не оформлена на нас — мать все еще в СИЗО, — объясняет священник. — Но органы опеки хорошо нас знают, поэтому доверили воспитание девочки.

Последнее «приобретение» большого семейства Успенских — Ваня. Он оказался в доме священника и матушки три месяца назад. Бабушку, которая воспитывала его после смерти родителей, парализовало. Родственников на Украине судьба мальчишки не заботит. И сироту уже по традиции привели к отцу Александру.

— Когда в семье один-два ребенка — очень сложно. Но в большой семье все основано на любви и помощи друг другу, — уверен отец Александр. — Мы вместе работаем и вместе отдыхаем. Лето проводим в деревне. Дети эти поездки особенно любят: и рыбалка, и купание. Зимой развлечений поменьше — основное время занимает учеба. У нас получилась большая интернациональная семья. Юля — русская, Анечка — наполовину казашка, наполовину русская, Ваня — украинец, Нина — турчанка, а Вова — неопределенной арабской национальности. Вот не знаю, кого Бог пошлет следующим.

А в том, что семья вырастет еще, сомневаться не приходится. Таких Дон Кихотов на свете не так много. Намного меньше, чем брошенных детей.

Источник: ИД «Комсомольская правда