Помнить — и жить дальше

Астрахань, 2 марта 2012г.

Дети в опасности

«А что вы будете писать?» — признаться, когда уже третий сотрудник областного социального центра реабилитации несовершеннолетних спросил меня о моем намерении рассказать об отделении для детей, подверг­шихся жестокому обращению, я испытала некоторое раздражение.

И лишь оказавшись здесь, поняла, что вопрос был не праздным. Детей, попавших в отделение, берегут от ненужного любопытства и всякого рода переживаний. За свою коротенькую жизнь они уже натерпелись столько, что вернуть их к нормальной жизни оказывается очень непросто. Но — под силу тем, кто просто принимает их такими, какие они есть, — педагогам, воспитателям, психологам, социальным работникам, готовым заменить им родных и близких. Хотя бы на время. Пока дети не придут в себя от пережитого.

Только факты
В прошлом году в России совершено 62 тысячи преступлений, сопряженных с насильственными действиями, в отношении детей и подростков. От преступных посягательств погибло более двух тысяч несовершеннолетних, из них 388 детей погибли в результате умышленных убийств.
Проведенное в России исследование подтвердило, что половина родителей практикует телесные наказания детей и только 14% родителей знают, что они могут быть наказаны за жестокое обращение с ребенком.
Дети, пострадавшие от жестокого обращения и перенесшие насилие, переживают психологическую травму, которая будет негативно влиять на его личностное, эмоциональное и поведенческое развитие всю жизнь. Последствия насилия для ребенка будут серьезнее и тяжелее, если специалисты вовремя не окажут ему квалифицированную помощь.

Они все очень конфликтные

Двенадцатилетний мальчик попал сюда после того, как пережил насилие старшеклассников. Спасибо маме, вовремя заметившей, что с сыном творится неладное. Мальчишка, стыдясь, все же сумел поведать матери о своем горе. Доверие между сыном и мамой — огромный плюс в возвращении его к жизни. Мама его любит, и он знает об этом. Это поможет зарубцеваться душевной травме.

А бывает, что маме не до ребенка. К сожалению, пренебрежение родительскими обязанностями — явление сегодня очень частое. Вот этот малыш попал сюда по звонку соседей, заметивших, что родителям не до него. До жестокого обращения — рукоприкладства, издевательств — дело не дошло. Его просто забывали кормить, оставляли одного дома. В первые дни, оказавшись в отделении, ребенок не мог наесться. Сегодня степенно ведет себя за столом, и в круглощеком мальчишке с блестящими глазенками невозможно узнать того перепуганного и худенького малыша, который попал сюда несколько месяцев назад.

В столовой рядом с этим героем невольно обратила внимание на другого мальчика — по виду, лет трех. Оказалось: ровесники, ему тоже пять. Но разница даже внешне колоссальная. А судьба почти такая же: его и младшую сестренку мама забыла на балконе. На несколько дней. И опять же — спасибо соседям, забившим тревогу, иначе дети могли просто погибнуть.

Две сестренки подвергались жестокому обращению со стороны отца: женившись после смерти жены во второй раз, он посчитал, что дочери мешают его счастью. Девчонки, едва придя в себя после потери матери, оказались совсем одни, хотя рядом был родной человек. В центр реабилитации их привезли из больницы, куда обе попали с синяками и травмами — отец постарался. Вот вам и родной человек!

Но плохо о родителях здесь не говорят. Потому что родители, даже самые нерадивые, остаются для ребенка дорогими людьми, к которым они мечтают вернуться, веря, что со временем что-то изменится, произойдет что-то очень хорошее — папа перестанет драться, мама — пить. Случаев, когда родители, осознав тяжесть своего поведения, пытаются восстановить семью, вернув в нее детей, до боли мало. Тот, кто ведет войну с собственными детьми, не понимает, насколько это страшно, какой непоправимый ущерб такое обращение наносит неокрепшей душе, как уродует характер и судьбу. А дети все равно верят и ждут. На самом деле мало кто из них вернется в родную семью. Уйдут под опеку родственников или в детский дом.

Дети в опасности

С чем сталкиваются психологи и воспитатели? Все дети, попавшие сюда из семей, где с ними жестоко обращались, — как правило, очень конфликтны. Изначально настроены на необходимость держать оборону. Другого опыта противостоять злу у них нет, и даже если рядом оказываются нормальные взрослые, добрые, уравновешенные, спокойные, дети им не доверяют. Они помнят других взрослых и другое отношение к себе.

Жизненный опыт сестренок — тому подтверждение. У одной недоверие вылилось в агрессию, она обзывала взрослых, обижала детей. Другая не терпела, когда до нее дотрагивались, и всему окружению — от нянечки до воспитателя — рекомендовали этого не делать. Даже если кому-то очень хотелось ее приголубить.

Оттаивали сестренки на специальных занятиях: здесь к названию каждого предмета обязательно присоединяется слово «терапия» — арттерапия, изотерепия, песочная, сказочная терапия… Работа долгая, кропотливая и не всегда благодарная. То есть если сегодня психолог посчитает, что занятие прошло успешно и раненая душа что-то усвоила, завтра станет ясно: усвоила, но мало. Вновь наружу вылезают агрессия и конфликты. Значит, все сначала. Синяки и ушибы проходят быстро. Душевная травма заживает труднее. И ее невозможно забыть.

— Да, — соглашается заведующая отделением Оксана Федоровна Рогаль-Левицкая, — то, что пережито, становится жизненным опытом. Мы учим детей принять то, что произошло, и понять: это в прошлом. И что с этим надо жить дальше.

Детство в разных красках

Но как? Можно ли научить ребенка радоваться, особенно если он не испытывал такого чувства?

Как ни парадоксально, но этим детям, не избалованным любовью взрослых, можно привить радость. Например, когда восхищаешься тем, что они делают. Тем, что у них получается. Педагоги и воспитатели ничуть не кривят душой, когда хвалят своих подопечных: то, что для благополучных детей — норма, для этих — достижение. Тот же пятилетний малыш в первые дни ел из тарелки руками, потом освоил ложку. И систематические занятия по развитию дали свои плоды: мальчик научился правильно называть цвета, расширился его словарный запас.

Одна из сестренок нашла себя на занятиях арттерапии: играя разные роли, переживала в сказках проявления добра и зла, училась понимать, что такое хорошо.

 Все это — мостик к нормальному детству, которое долго было лишено красок. Вернее, в нем было слишком много темных тонов. На рисунках всех, кто только-только попал в отделение, преобладают черные, коричневые, фиолетовые краски. А фигурка в уголке листка — свидетельство непонимания и одиночества. Спустя некоторое время краски светлеют, фигурка с краешка перемещается в центр листа. Вернисаж прошедших реабилитацию детей поражает буйством красок и разнообразием тем.

О судьбах детей, переживших насилие или жестокое обращение, заговорили во всеуслышание лишь в последнее время, когда стало понятно, что огромное количество несчастливых семей (и соответственно несчастливых детей) тянет за собой проблемы из детства. Дети, усвоившие определенные стереотипы поведения в родительской семье, став взрослыми, несут это и в свои семьи. Но когда с ними обращаются особым — жестоким — образом, они в принципе не могут создать счастливые семьи.

— А мы хотим, чтобы они были счастливы вопреки тому, что пережили в раннем детстве, — говорит Оксана Рогаль-Левицкая. — Мы учим их любить и прощать, уважать себя и не давать себя в обиду. Хочется верить, что с нашей помощью чья-то судьба изменится.

Пока эти дети под прикрытием любящих и заботливых сотрудников отделения — в это и впрямь верится. У сотрудников отделения — вполне прагматичная цель: по возможности вернуть ребенка в семью, научить его жить рядом с другими и не позволять, чтобы с его жизнью опять произошло что-то плохое. В общем, научить противостоять злу. Это сложная задача — объяснить ребенку, что он сам по себе — уникальная личность, посягать на которую никто не имеет права. Но когда тревоги и страхи, связанные с насилием, наконец, остаются в прошлом, удается выполнить и ее, научив ребенка говорить «нет», вооружив необходимыми телефонами, объяснив, к кому и куда он может обратиться за помощью в случае необходимости.

Алло, вы меня слышите?

Сотрудники отделения ведут сегодня профилактическую работу в школах, в подростковых клубах, с родителями. Подсказывают, советуют, на что обращать внимание. По телефону доверия — 8 800 2000 122 — всегда готовы оказать срочную психологическую помощь, и один из консультантов признается: даже если звонок оказывается не тревожным и подросток хочет поговорить «ни о чем», ему не отказывают в общении, руководствуясь принципом: лучше перестраховаться. А скольким людям такая «перестраховка» помогла, кто скажет? Звонила девочка-подросток: родители бьют, обижают, ничего не покупают. Потом выяснили: у девчонки богатая фантазия. Но психологи увидели в этом то, что не приходило в голову родителям: дочери не хватало внимания. Потом благодарили.

Звонок от бабушки: нелады с внучкой. Подсказали, как можно восстановить отношения с несносным подростком.

Звонок девочки: ненавидит родителей, потому что они лезут в ее жизнь. Ненависть — неконструктивное и опасное чувство, если подросток это поймет — он ко многому будет относиться иначе. И консультанты — психологи, разбирая проблему «по косточкам», объясняют, слушают, сочувствуют, подсказывают… 20 минут отведено на одну консультацию по телефону. Эти 20 минут порой могут изменить чью-то жизнь. Чью-то — спасти.

Сегодня всю страну трясет от подростковых самоубийств, и психологи убеждены: не виртуальные компьютерные игры тому причиной, а невнимание, непонимание в семье и школе между взрослыми и детьми. Подростки сыты-одеты-обуты и при этом бесконечно одиноки. А если в семье или школе существует жестокость по отношению к детям — это явная предпосылка к возможной трагедии. Именно поэтому в поле зрения сотрудников отделения сегодня находятся школы и семьи.

К необходимости такой работы пришли здесь собственным путем. Вообще в стране, где дети гибнут от насилия, жестокости и самоубийств, нет опыта работы по этой проблеме. Никаких методических рекомендаций. Да собственно и сама проблема озвучена во всеуслышание лишь недавно. Отделение для детей, подвергшихся жестокому обращению, стало работать в таком формате лишь с 2010 года — в сотрудничестве с всероссийским Фондом поддержки детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Сотрудники сразу поняли, что опираться надо на собственные наработки. В «привязке к местности» создали программу развития реабилитационно-кризисного отделения, рассчитанную на несколько лет. Походы по школам и работа с семьей — как раз из этой программы.

Оксана Федоровна стала автором проекта реабилитации несовершеннолетних, пострадавших от насилия, — «Равновесие». Именно эти разработки и лежат в основе работы с детьми, попавшими в отделение в силу страшных обстоятельств. Проект не только определил главные приоритеты, но прописал «от» и «до», в чем состоит помощь детям, работа с семьей, профилактика насилия. В работе с пострадавшими детьми нет мелочей, вернее, каждая мелочь становится кирпичиком в фундамент их духовного и физического здоровья, бережно возводимого сотрудниками отделения.

За неполных два года работы отделения в нем прошли реабилитацию 37 детей. Сегодня еще восемь ребят — от пяти до 12-ти лет получают здесь полноценную психолого-педагогическую помощь. В ком-то уже заметны перемены: дети становятся более открытыми, добрыми, проявляют интерес к учебе, другим занятиям. Начали улыбаться.

Источник: www.volgaru.info

Астра Новости